Юстиция

КЕЙС // Как жена прокурора пыталась заставить журналистов замолчать

Автор: Cornelia Cozonac
20/10/2021 37437

Журналистское расследование о том, как скандально известный прокурор прибегнул к фиктивному разводу, чтобы избежать декларирования имущества, которое он не мог покрыть своей зарплатой в прокуратуре, переросло для Центра журналистских расследований (ЦЖРМ), автора расследования и одного активиста, в многолетнюю борьбу по защите своих прав с государственными учреждениями и женой прокурора. Супруга прокурора, адвокат по профессии, в буквальном смысле начала нас преследовать с первой же документации, которую мы сделали. Она написала жалобы в несколько государственных учреждений: в Совет прессы, в Полицию и Прокуратуру, а также подала на нас в суд. Некоторые учреждения отреагировали на ее жалобы еще на стадии, когда мы только документировали дело. Другие возбудили уголовные процессы и даже уголовные дела. Мы написали десятки объяснений и потратили немало времени на заседания в Полиции и в судебных инстанциях. 

Работа над расследованием "ВИДЕО // Фиктивный развод и скрытое имущество прокурора Игоря Попа", опубликованным в июле 2020 года, началась в конце 2018 года. Репортер Центра журналистских расследований Джульета Савицки и активист Анатол Мэтэсару приступили к сбору материалов для расследования, предположив, что глава отделения Прокуратуры сектора Чеканы в Кишиневе Игорь Попа не задекларировал недвижимость в жилом квартале в центре Кишинева, где он проживал со своей семьей, а также другую недвижимость, записанную на имя его жены, адвоката Аллы Попа.

Глава Чеканского отделения Прокуратуры Кишинева Игорь Попа, бывший заместитель генерального прокурора при правительстве ДПМ и начальник отделения при правительстве Коммунистов, оказался в центре внимания СМИ после событий 7-8 апреля 2009 года, когда он призвал судей судить молодых протестующих, которых пытали полицейские, в комиссариатах полиции. Об этом прямо говорится в отчете Парламентской комиссии по расследованию событий 7 апреля 2009 года. Ранее прокурор Попа уже был объектом других расследований Центра журналистских расследований.  

Репортеры ЦЖРМ узнали, что прокурор Игорь Попа развелся с женой. Но подозрения репортеров о том, что с разводом что-то не так, усилились после удивленного поста в социальной сети одного бывшего прокурора, который отметил, что он знает Игоря Попа как отличного семьянина, и что совсем недавно он летел в одном самолете с семьей прокурора в туристическую поездку, и ничто не указывало на то, что они находятся в процессе развода.

Так началось документирование дела в Реестре недвижимости - Кадастре, с которым Центр журналистских расследований заключил договор на доступ к информации из этой базы данных и за который ежемесячно вносится плата в размере более 1.000 леев. 

Чтобы задокументировать данную тему, репортеры использовали несколько методов, включая личное наблюдение. В течение нескольких месяцев они по несколько раз в день приходили в жилой двор по улице Бернардацци, чтобы задокументировать и застать врасплох прокурора Игоря Попа. Репортеры ЦЖРМ представлялись потенциальными покупателями, которые ищут квартиру в этом доме, или маскировались под уборщиков мусора, чтобы выяснить подробности для расследования, после чего они уже открыто приходили и вели фото-видеосъемку, представляясь журналистами.           

Пинг-понг с Национальным центром по защите персональных данных    

Вскоре после того, как мы провели первые проверки в Кадастре о имуществе прокурора Игоря Попа и его бывшей жены, в Центр журналистских расследований поступила жалоба от адвоката Аллы Попа с просьбой объяснить цель наших проверок ее имущества в Кадастре. Мы объяснили ей, что мы журналисты и делаем свою работу - проводим журналистские расследования.

В декабре 2019 года на адрес Центра журналистских расследований пришла повестка из Национального центра защиты персональных данных (НЦЗПД) с просьбой объяснить, с какой целью мы проверяли данные о недвижимости, принадлежащей Алле Попа. Мы объяснили, что выполняем свою работу и проводим расследование, в ходе которого мы проверяем утверждения о том, что лицо, занимающее государственную должность, не задекларировало используемую им недвижимость. 

Мы подтвердили, что у нас есть доступ к Реестру доступов к персональным данным, хранящимся в автоматизированных информационных ресурсах, и к Реестру недвижимого имущества, что помогло определить авторизованного пользователя, цель и правовое основание для обработки персональных данных.

Объяснение, которое мы отправили в начале января 2020 года, что проверка в различных базах данных является частью процесса документирования материалов для журналистского расследования и, по сути, частью работы журналиста, а также, что журналисты не обязаны по закону объяснять основания для доступа к базам данных с публичной информацией, оказалось недостаточным для Национального центра по защите персональных данных.

В том же месяце, 30 января, НЦЗПД прислал нам новую повестку, написанную на нескольких страницах, с просьбой вновь доказать, что доступ к данным Кадастра был использован в журналистских целях, и представить опубликованный журналистский материал. Кроме того, от нас потребовали, среди прочего, представить на бумаге "надлежащим образом заверенную копию записей из Реестра доступа к персональным данным, хранящимся в Реестре недвижимого имущества".

Трудно понять, чего хочет учреждение, но мы повторно объяснили Центру по защите персональных данных, в чем заключается журналистская работа и что проверка данных не означает публикацию журналистского материала сразу на следующий день. Процесс документирования журналистского расследования может занять несколько месяцев или даже лет, прежде чем текст будет опубликован.

Мы также отметили, что проверка фактов не обязательно означает публикацию журналистских материалов. Предположения, на основе которых мы начинаем журналистское расследование, могут не соответствовать действительности, и в таком случае мы не публикуем журналистский материал. Но чтобы убедиться в этом, мы должны это задокументировать, то есть проверить эти данные в нескольких источниках.

Мы также сообщили им, что доступ к кадастровым данным осуществляется в электронном виде из Реестра недвижимого имущества, которым управляет оператор данных - Агентство государственных услуг (ASP), а требование вести учет доступов на бумаге является незаконным. Кроме того, ни один закон/нормативный акт в Республике Молдова не предусматривает обязанности для медийного учреждения и/или другого физического или юридического лица вести учет обращений из реестров на бумажном носителе.

Мы допускаем, что Национальный центр по защите персональных данных, возможно, перепутал средство массовой информации с полицией или прокуратурой, которые, вероятно, по закону обязаны вести такие бумажные записи. Или же мы признаем, что представители НЦЗПД, которые занимались нашим делом, даже не сделали никакой проверки в Кадастре и не знают, что можно открыть базу данных и посмотреть, кому принадлежит та или иная недвижимость, а также, для документирования, скачать выписку о собственности. Все обращения учитываются в Реестре недвижимого имущества в ASP. Чтобы представить правильные объяснения, нам потребовалось изучать законы и приводить убедительные аргументы.

"Журналисты нарушили закон"  

Несмотря на это, 24 марта 2020 года Центр по защите персональных данных выносит решение, в котором говорится, что журналисты Центра журналистских расследований нарушили Закон о защите персональных данных и Деонтологический кодекс журналиста, когда проводили проверки в Кадастре.

Решение изложено на 18 страницах (!). В них НЦЗПД утверждает, что журналисты не доказали, что проверка данных об имуществе Аллы Попа была проведена в журналистских целях, поскольку "ни расследование, ни другие журналистские материалы" не были опубликованы. В этом же решении учреждение также просит Совет прессы принять меры, расследовать данный случай и проинформировать все СМИ о выявленной в данном деле проблеме. Полный текст документа приводится ниже:  

    

Центр журналистских расследований расценил решение Центра по защите персональных данных как опасный прецедент для свободы прессы, а действия адвоката Аллы Попа - как попытку преследования журналистов и принуждения их к молчанию.    

Отметим, что на тот момент репортеры ЦЖРМ добились прогресса в документировании расследования. Они получили несколько подтверждений того, что прокурор Попа живет со своей семьей в многоквартирном доме в жилом районе на улице Бернардацци.

Им удалось задокументировать, что он приезжает вечером на служебной машине, которую оставляет на парковке дома. Им также удалось задокументировать доходы Аллы Попа, которые были весьма скромными, но, тем не менее, сразу после развода она купила две квартиры в жилом районе с одними из самых высоких цен в Кишиневе, а также несколько объектов недвижимости. Таким образом, получается, что интерес адвоката заключался лишь в том, чтобы запугать нас и заставить отказаться от проведения расследования.         

Заключение юриста: Почему решение НЦЗПД необоснованно и противоречит закону 

Юрист Центра журналистских расследований Серджиу Бозиану квалифицировал решение НЦЗПД противоречащим закону. Вот как объясняет это юрист: "Национальный центр по защите персональных данных - это государственный орган, в задачи и обязанности которого входит обеспечение выполнения положений Закона № 133/2011 о защите персональных данных. Таким образом, этот государственный институт является органом контроля с принудительными и санкционными мерами.

В последнее время ряд государственных учреждений, в том числе НЦЗПД, ошибочно воспринимают цель Закона № 133/2011 как защиту данных, что в понимании большинства соответствующих учреждений равнозначно не только сохранению конфиденциальности, но и обеспечению неприкосновенности. Так, упорная борьба идет за обеспечение запретов на доступ и использование данных, при этом довольно настойчиво продвигается концепция, согласно которой персональные данные не должны никому передаваться, должны тщательно храниться, а если кто-то захочет получить к ним доступ, ему придется принести непомерное количество объяснений с юридическими отсылками, но и это не гарантирует ему доступ к этим данным.

Ошибочная трактовка правовых требований, закрепленных в Законе № 133/2011, является головной болью не только для журналистов, но и, по большей части, для государственных органов и учреждений, а также компаний из частного сектора. В последнее время все чаще, и данное решение является показательным примером, когда предпринимаются чрезмерные и титанические усилия, основанные на количественных, а не качественных и логических аспектах правовых норм, чуть не дошло до отрывков из канонических норм, утверждающих, что доступ некоторых журналистов к данным из Регистра недвижимого имущества нарушает право на неприкосновенность частной жизни.

Несмотря на незнание некоторых, согласно Закону № 133/2011, защита данных никак не подразумевает абсолютную неприкосновенность этих данных, а подразумевает сбор и использование этой информации в соответствии с нормами закона, которые специфичны для каждой из следующих областей: журналистской, полицейской, избирательной, медицинской, образовательной и т.д.

Если принять аргументацию НЦЗПД, изложенную в данном решении, то ограничения и запреты, возникшие в результате глобальной Пандемии COVID 19, в отношении основных прав человека покажутся наивными действиями.

Таким образом, Закон № 133/2011 в статье 10 четко указывает, что если данные собираются в журналистских целях (согласно ЕСПЧ понятие журналиста должно рассматриваться в широком смысле), а эти данные относятся к публичному лицу, публичным фактам и/или тесно связаны с публичной деятельностью, то доступ к этим данным и их использование возможны в соответствии с условиями Закона о свободе выражения мнения.

Закон о свободе выражения мнения очень чётко определяет процедуру защиты права на неприкосновенность частной жизни, и единственным государственным органом, компетентным делать это, является суд.

Поэтому в данном решении была проведена юридическая акробатика традиционного национального характера. Ниже я перечислю лишь некоторые аспекты, которые однозначно свидетельствуют о необоснованном и незаконном характере этого решения: НЦЗПД нарушил свою собственную практику рассмотрения и оценки случаев, касающихся свободы выражения мнения; НЦЗПД присвоил себе компетенцию учреждения, которое имело бы право оценивать наличие или отсутствие общественного интереса; НЦЗПД подменил полномочия Совета прессы, ошибочно оценив требования Деонтологического кодекса журналиста как нарушенные, хотя Совет прессы установил, что нарушения не было; Был сделан вывод, что якобы если журналистское расследование не было опубликовано, проверки, проведенные с доступом к личным данным, были НЕЗАКОННЫМИ. Аргументы, приведенные в решении, искажены и противоречат положениям Закона № 133/2011 и Закона о свободе выражения мнения, а также практике ЕСПЧ;

Не были соблюдены требования формы и процедуры: инициирование проверки (с превышением установленного законом срока), проведение проверки (с превышением установленного законом срока), проведение проверки (вопреки процедурам, утвержденным Приказу НЦЗПД), вынесен административный акт (решение), не предусмотренный законом; административным актом установлена вина в нарушении права лица на защиту; применены положения утратившего силу/ устаревшего акта - Постановления Правительства № 1123/2010.

 

    Совет прессы: Доступ к персональным данным является частью работы журналистов         

Совет прессы принял к рассмотрению запрос НЦЗПД и 7 апреля 2020 года рассмотрел дело, переданное этим учреждением. Совет прессы пришел к выводу, что в действиях репортеров Центра журналистских расследований, о которых идет речь в решении НЦЗПД, "нет нарушений деонтологических норм или надлежащей журналистской практики". Совет прессы также сообщил НЦЗПД, что доступ к различным типам персональных данных является частью рутинной работы журналистов по документированию журналистских материалов и проверке информации.

"Совет прессы информирует государственные учреждения о том, что доступ к персональным данным является частью рутинной работы журналистов по документированию журналистских материалов и проверке информации. Данный инструмент является неотъемлемым актом журналистской деятельности и доказательством профессионализма и добросовестности. Это действие предпринимается в попытке выяснить правду и избежать публикации ложной или вводящей в заблуждение информации", - говорится в решении Совета прессы.

Полный текст можно прочитать здесь.

Новые жалобы после публикации расследования

22 июля 2020 года Центр журналистских расследований опубликовал расследование "ВИДЕО // Фиктивный развод и скрытое имущество прокурора Игоря Попа" после того, как застал прокурора Попа, который утром выносил мусор в мусорные контейнеры, а затем уехал на работу на служебном автомобиле.

Вскоре после этого жалобы начали поступать снова. Алла Попа прислала нам предварительное заявление, в котором просит ответить на несколько вопросов:

 

Центр журналистских расследований подробно ответил на вопросы адвоката Аллы Попа:

 

Жена прокурора не осталась удовлетворена ответом Центра журналистских расследований и подала жалобу в Совет прессы. Ее жалоба, которую мы публикуем ниже, изобилует обвинениями, нападками на личность и навешиванием неприятных ярлыков на авторов материала. 

Совет прессы отправил нам уведомление о жалобе Аллы Попа и попросил предоставить объяснения как от автора Джульеты Савицки, так и от Центра журналистских расследований:

И мы снова написали объяснения. Мы отправили Совету прессы ответы, подписанные автором Джульетой Савицки и руководством Центра журналистских расследований. И мы снова подробно объяснили, какова была цель расследования, как мы документировали, какие методы использовали, как проверяли информацию о имуществе семьи Попа.

На собрании в августе 2020 года Совет прессы принял решение не рассматривать жалобу Аллы Попа, поскольку заявления также находились и в суде.   

НЦЗПД больше не рассматривает жалобы  

Недовольная ответами Алла Попа снова подала жалобу в Центр защиты персональных данных, чтобы определить законность журналистского расследования, опубликованного 22 июля 2020 г. На этот раз Алла Попа попросила наложить санкции на автора расследования Джульету Савицки, активиста Анатола Мэтэсару, который снимал расследование, и председателя Центра журналистских расследований Корнелию Козонак, а также на организацию - Центр журналистских расследований. И снова сотрудники НЦЗПД вынуждены были рассматривать наше дело. Учреждение не потребовало от нас объяснений.           

9 октября 2020 года Центр по защите персональных данных установил "отсутствие нарушений положений Закона № 133/2011 о защите персональных данных со стороны Центра журналистских расследований, Корнелии Козонак, Джульеты Савицки и Анатола Мэтэсару". В Решении № 285, вынесенном 9 октября 2020 года, НЦЗПД также указал, что данная жалоба не входит в его компетенцию, а относится к компетенции правоохранительных органов".

Уголовное дело против активиста Анатола Мэтэсару        

В это время адвокат Алла Попа также обратилась в правоохранительные органы. Она подала уголовные жалобы против активиста Анатола Мэтэсару, который снимал для Anticoruptie.md расследование о незадекларированном имуществе прокурора Попы. Она подала заявление о возбуждении уголовного дела против Мэтэсару в прокуратуру и еще одно - в Суд Кишинева за нарушение права на изображение.

Суд Кишинева отклонил как необоснованное ходатайство адвоката Аллы Попа. Она потребовала возмещения ущерба в размере 15.000 леев от активиста Анатола Мэтэсару за якобы сбор и публикацию личной информации.

"Отклоняется иск в суд, поданный Попа Аллой против Мэтэсару Анатола о признании нарушения права на изображение, о признании деликтной ответственности, о возмещении морального ущерба, о выдаче предписания об удалении видеоматериалов и о возмещении расходов, как необоснованный", - говорится в резолютивной части решения суда первой инстанции.  

Попа обратилась в суд за "признанием факта нарушения законного права на собственное изображение, на уважение частной жизни и на защиту персональных данных". В своем заявлении она утверждала, что Анатол Мэтэсару следил за ней с 20 декабря 2018 года по август 2019 года и что он пытался "используя различные уловки пройти мимо службы безопасности", чтобы записать ее. Алла Попа также пожаловалась на то, что 27 июня 2019 года активист опубликовал видео об уходе Николае Китороагэ с поста главы Прокуратуры по борьбе с организованной преступностью и особым делам, в котором она также появляется за рулем автомобиля.

Помимо гражданского суда, адвокат Попа также подала жалобу в Полицию, выдвинув те же обвинения против Мэтэсару. На основании утверждений, изложенных в жалобе Аллы Попа, полиция возбудила против активиста уголовное дело по статье 177 Уголовного кодекса за нарушение неприкосновенности личной жизни. Дело рассматривается в суде Кишинева.

Уголовное судопроизводство в отношении Центра журналистских расследований

В ноябре 2020 года Алла Попа также подала уголовное заявление против Центра журналистских расследований в Инспекторат полиции сектора Центр, заявив о "незаконном сборе и несанкционированном распространении Центром журналистских расследований информации о ее личной жизни (личной жизни Аллы Попа), составляющей личную тайну". Полиция начала уголовный процесс, в ходе которого заслушала Аллу Попа в качестве потерпевшей, также заслушала некоторых охранников из жилого района, где она проживает, и связалась с репортерами ЦЖРМ в процессе документирования дела. Параллельно сотрудники полиции, занимавшиеся этим делом, запросили решения Национального центра по защите персональных данных.

Уголовное судопроизводство с номером 20200101462 от 4 ноября 2020 года длилось почти год и рассматривалось с учетом положений статьи 177 Уголовного кодекса, согласно которой законодатель устанавливает уголовную ответственность за "нарушение неприкосновенности личной жизни", то есть "незаконное собирание или добросовестное распространение охраняемых законом сведений о личной жизни, составляющих личную или семейную тайну другого лица, без его согласия". Стоит отметить, что во время уголовного процесса полиция делала свою работу, не требуя от нас объяснений.    

20 сентября 2021 года прокурор Прокуратуры сектора Центр Серджиу Харя подписал постановление о неначинании уголовного преследования по делу Центра журналистских расследований. Он принял отчет с предложением не начинать уголовное преследование, представленный сотрудником отдела уголовного преследования Центрального инспектората полиции Управления полиции муниципия Кишинэу Михаелой Круликовски.

Основанием для отказа в возбуждении уголовного дела № 20200101462 послужило то, что "деяние не отвечает признакам состава преступления". Таким образом, уголовное дело в отношении Центра журналистских расследований было закрыто. Ниже мы публикуем текст постановления о закрытии уголовного судопроизводства: 

Дело ЦЖРМ против НЦЗПД прекращено  

Центр журналистских расследований оспорил в суде решение № 91, принятое Национальным центром по защите персональных данных, квалифицировав его как оскорбительное, незаконное и направленное на запугивание журналистов. Спустя год, в течение которого процесс вообще не продвигался, судья либо самоотзывался, поскольку на его имя также поступала жалоба от Аллы Попа, либо дело затягивалось из-за пандемии, так что в июле 2021 года дело было снято с рассмотрения на основании несоблюдения процессуальной процедуры. Согласно закону, мы должны были сначала подать предварительное заявление в НЦЗПД с изложением имеющихся у нас претензий, а затем обратиться в суд.

Если внимательно посмотреть на решение НЦЗПД от 24 марта 2020 года, учреждение прямо указывает, что, если мы не согласны с решением, мы можем обжаловать его в течение 30 дней в Суде сектора Рышкановка, что мы и сделали.

В суде мы обнаружили, что не только наше дело провалилось из-за несоблюдения процедуры. Анализируя судебную практику в отношении Центра по защите персональных данных, мы обнаружили, что большинство дел по решениям НЦЗПД, которые оказывались в суде, ждала одна и та же судьба. Таким образом, это учреждение, очевидно, ошибочно указывает, что его решения могут быть обжалованы в суде, что гарантирует затягивание судебных процессов и отказ некоторых учреждений или отдельных лиц от участия в судебных процессах в ходе разбирательств.

Но не для ЦЖРМ. Несмотря на то, что с тех пор НЦЗПД изменил свою позицию и, вероятно, понял, что такое журналистское расследование (оно также положительно влияет на всю эту эпопею), решение от 24 марта 2020 года не было отменено. Мы будем настаивать на том, чтобы НЦЗАД признал решение от 24 марта 2020 года противоречащим закону и отменил его. Мы собираемся начать процесс с самого начала и будем стоять на своем.            

Статья подготовлена в рамках проекта "Мобилизация гражданского общества для поддержки неподкупности в секторе Юстиции в Республике Молдова", осуществляемого Центром журналистских расследований и Freedom House при финансовой поддержке Государственного департамента США.

Расследования по теме

Предыдущая статья на эту же тему

Следующая статья на эту же тему

Материалы платформы www.anticoruptie.md могут быть использованы только в сокращении до 1.000 символов. Все интернет ресурсы обязаны указывать источник и прямую ссылку на статью. Печатные издания, радиостанции и телеканалы должны озвучивать источник. Копирование полного текста разрешается только с предварительной договоренностью с Центром Журналистских Расследований. Статьи, опубликованные на портале www.anticoruptie.md защищены Законом об авторском праве и смежных правах.

Комментарии