Мирные жители Карабаха спасаются от боевых действий

Опасения, что по мере продолжения кризиса потери будут расти, сохраняются

Gayane Mkrtchyan
26/10/2020
La 3 octombrie 2020, în Stepanakert, Nagorno-Karabah, în urma unui atac cu rachete, un incendiu a izbucnit într-un magazin de bricolaj. Foto: Brendan Hoffman/Getty Images

26-летняя Марьям Саргсян из города Мартуни в Нагорном Карабахе проснулась рано утром 27 сентября от звука взрывов. Сначала она решила, что на расположенной недалеко линии соприкосновения с азербайджанскими войсками проходят военные учения, но после очередного мощного взрыва поняла, что ситуация серьезная.

«Дом стало трясти от взрыва. Была половина восьмого, когда я открыла окно и увидела соседку в пижаме, – вспоминает она. – Мы посмотрели друг на друга и сказали: это не похоже на учения, правда? В этот момент они снова ударили, и вдруг мне позвонил жених и сказал: «Готовься, я иду к тебе!». Не помню, как быстро мы оделись... мы выскочили из дома и побежали, и снова раздался мощный взрыв. Я посмотрела налево и увидела первых жертв в нашем городе».

Мартуни расположен на юго-востоке отколовшегося региона, в трех километрах от де-факто границы. В этом городе погибли первые гражданские лица – женщина и шестилетний ребенок.

«Когда мы были уже в убежище, я поняла, что узнала женщину, лежащую на земле, – продолжает Саргсян. – Я бежала так быстро, прижимая племянницу к груди. Я не знала, что умею так бегать… Из Мартуни поехали в село Чартар, а потом в Шуши. Я отправила свою семью в Ереван, к нашим родственникам, потому что здесь было небезопасно», - говорит она.

Саргсян, работающая пресс-секретарем в карабахском суде, сказала, что обстрелы начались и в Шуши. Ее жених находится на передовой, и она очень беспокоится за его безопасность.

«Мы собирались пожениться 24 октября, – рассказывает она. – Я осталась, потому что думала, что могу быть здесь полезной. Ты смотришь на карту и видишь Турцию, Азербайджан и нас, с нашей маленькой армией и нашими ребятами. Мир, честно говоря, не заботится о нас, но мы сильные. Вы не представляете, насколько наш народ верит в армию. Нас обстреливают буквально в эти минуты, но мы всегда будем здесь жить. Я ношу в кармане ключи от квартиры в Мартуни, чтобы как можно скорее вернуться домой».

27 сентября между Арменией и Азербайджаном начались боевые действия, обе стороны ввели военное положение. Ереван сообщил, что Баку первым атаковал Карабах, в то время как Азербайджан заявил, что действовал в целях обороны в ответ на огонь армянской артиллерии. Обе стороны также сообщили о жертвах среди гражданского населения, обвиняя друг друга в обстрелах населенных пунктов.

В ходе самого серьезного всплеска насилия в Карабахе со времен четырехдневной войны 2016 года де-факто столица Степанакерт, а также другие города и села подверглись обстрелу. При этом сообщается, что азербайджанские войска также наносят удары по инфраструктуре, включая электрические сети. Обстрелу подверглось и здание Государственной службы по чрезвычайным ситуациям.

Уполномоченный по правам человека в Карабахе Артак Бегларян заявил, что это является грубым нарушением международных гуманитарных норм.

«Я только что прибыл из больницы, некоторые из раненых в тяжелом состоянии, – рассказал он IWPR. – Как показывает опыт, когда во время эскалации Азербайджан не получает должного ответа, включая конкретные санкции, он получает чувство свободы и необузданности. Текущие события следует рассматривать в соответствии с этой логикой, поэтому международное сообщество должно выполнить свои обязательства и что-то с этим сделать. В обратном случае ответственность за происходящее в Арцахе и возможную гуманитарную катастрофу ляжет на мировое сообщество».

Конфликт уходит корнями в период распада Советского Союза, когда этнические армяне, проживающие в Карабахе, провозгласили независимость, что привело к войне между Арменией и Азербайджаном. Соглашение о прекращении огня, достигнутое в 1994 году, не привело к урегулированию конфликта, и столкновения периодически возобновлялись.

Минская группа ОБСЕ, в которую входят Франция, Россия и США, пыталась продвигать мирный процесс, но с 2010 года переговоры в значительной степени зашли в тупик. И на переднем крае конфликта, похоже, вновь оказались мирные жители.

45-летняя Лусине Аванесян, репортер Общественного телевидения Арцаха, рассказала, как утром 27 сентября небо над Степанакертом заполнилось дымом и звуками взрывов.

«Я отправила своих детей – шестилетнюю Еву, четырехлетнего Паруйра и двухлетнюю Аспрам – к родителям в село Мушкапат Мартунинского района, – сказала она IWPR. – Там безопаснее. Мои муж и брат – на передовой. Они борются за наше право жить на этой земле. Война снова вошла в нашу жизнь, но я продолжаю ходить на работу с 8 утра до 11 дня. Каждый день у нас три прямые трансляции».

15-летняя Камилла Саргсян рассказала IWPR, что когда утром 27 сентября ее разбудили, она увидела то, что, по мнению девочки, было беспилотником, пролетавшим мимо ее дома. Следующие три дня семья Камиллы провела в подвале своего дома.

«Мне позвонили утром, – продолжает она. – Я все еще спала, так глубоко, что не могла проснуться. Я открыла глаза и увидела что-то вроде самолета, летящего возле моего окна. Вскоре я услышала звук взрыва. Он пролетел мимо нашего дома и попал в одно из зданий [по соседству]. Я быстро оделась, мой отец, который уже ушел на работу, вернулся и быстро отвел нас в подвал».

Пресс-секретарь министерства обороны Армении Арцрун Ованнисян сообщил, что ракеты дальнего радиуса действия дважды поражали Степанакерт и город Гадрут.

«Есть раненые мирные жители, – продолжил он. – Разрушены здания, гражданская инфраструктура и учреждения. Наносятся удары по крупным и малым населенным пунктам и инфраструктуре».

Омбудсмен Армении Арман Татоян заявил, что авиаудары Азербайджана сопровождались подстрекательствами против этнических армян.

«Все эти нападения изначально сопровождаются разжиганием ненависти, – объясняет он. – Армянофобия всегда была высокой, но теперь она еще больше усилилась. С 27 сентября в социальных сетях ведется широкомасштабная пропаганда ненависти к этническим армянам. Ее цель – посеять страх и панику среди населения».

1 октября в Мартуни погибли четыре мирных жителя, 11 получили ранения. Пострадали также два журналиста французского издания Le Monde, оператор местного телеканала «Армения» Арам Григорян и корреспондент сайта 24NEWS Севак Вардумян.

«Мы были в здании городского совета, – рассказал Вардумян IWPR. – Вдруг раздались звуки взрыва. Помню, в комнате стоял стол, и мы спрятались под ним. Прогремело несколько взрывов. Потом мы вышли из здания и увидели горящую машину. С нами был еще один раненый, его доставили в медицинский центр Мартуни, а затем перевели в медицинский центр в Степанакерте».

Некоторые жители Карабаха нашли убежище у родственников в Армении.

Сусанна Петросян, которой сейчас 45 лет, будучи ребенком, в 1988 году, вместе с родителями приехала из Баку в Степанакерт. С тех пор она живет там. По словам женщины, из-за нынешних боевых действий она была вынуждена уехать с тремя детьми к родственникам в Армению.

«Я никогда не покидала Карабах, даже во время войны 1990-х годов и апрельской войны 2016 года. Теперь я уехала ради своих детей. Ситуация крайне тяжелая, связи нет. Я не могу связаться с моим сыном, который был призван в армию в июле и сейчас служит в самой горячей точке», - рассказала Сусанна IWPR.

Нынешний кризис напомнил многим о прошлых войнах. Нора Григорян, которая приняла в своем доме в Армении шестерых членов семьи племянника, вспомнила, как 30 лет назад принимала своих племянников, тогда еще детей.

«Дети моих племянников выросли, но конфликт все никак не решится, – говорит она. – Эти дети никогда не видели войну, но теперь им пришлось покинуть свое село, свою страну. Почему?».

Gayane Mkrtchyan
26/10/2020

Комментарии